Татьяна Ким: Ресурсы маркетплейсов в 24 раза уступают банкам

Атаки на российский цифровой бизнес подтолкнули меня написать открытое письмо Центральному банку, правительству и Федеральному Собранию. Я хочу выразить благодарность всем, кто поддерживает развитие цифровых платформ на основе справедливости и конкуренции. Вместе с государством мы создали новую экономику: прозрачную, сетевую, платформенную. Наши партнеры - более 1 млн предпринимателей.

Для российского малого и среднего бизнеса цифровые платформы являются ключом к масштабированию и привлечению аудитории.

Моя компания стала первым участником налогового мониторинга ФНС среди торговых компаний в 2020 году. Мы принимаем участие в эксперименте по устранению налоговых рисков для продавцов на платформах. Всего лишь 0,3% компаний и ИП нарушают налоговое законодательство.

Крупнейший банк стремится ограничить деятельность селлеров в пользу банковского сектора. Но даже при явном экономическом превосходстве, банки не должны делать обвинения в адрес малого бизнеса. Некоторые крупные банки также присоединились к атаке на цифровые платформы.

Главное претензия к главным банкам заключается в требовании запрета программ лояльности для потребителей, оплачивающих через банки маркетплейсы, чтобы обеспечить равный доступ к аудитории. Но как быть дальше? Как гарантировать, что эти же банки будут по-прежнему предоставлять скидки своим клиентам после запрета для маркетплейсов? Сегодня банки имеют возможность предложить льготы своим картам при оплате на маркетплейсах, однако этим пользуются единицы.

Все российские банки уже могут предоставлять кешбэк своим клиентам за покупки на цифровых платформах.

Точное настройка программ лояльности и установка повышенного кешбэка для e-commerce категорий дает возможность предложить потребителю альтернативное экономически выгодное или даже более привлекательное предложение, чем у платформ. Тем не менее, примеров программ лояльности для покупателей маркетплейсов от больших банков единицы. Краткосрочную акцию провел ВТБ в 2025 году, предлагая кешбэк за покупки на маркетплейсах, а Т-Банк давал вознаграждения за покупки на цифровых платформах через свои мини-игры в приложении.

Мы не ограничиваем развитие программ лояльности ни для одного банка. На самом деле, банки уже обладают всеми необходимыми средствами для конкуренции на рынке и, наоборот, стремятся сделать его менее конкурентоспособным.

Пять критиков оплаты маркетплейсов банками за девять месяцев 2025 года заработали огромную прибыль в размере 1,93 трлн руб. В то же время совокупная прибыль профильных финтех-подразделений торговых площадок и экосистемного МТС Банка составила около 79 млрд руб. Таким образом, финансовые ресурсы первой группы превышают прибыль e-commerce банков более чем в 24 раза.

Еще раз подчеркиваю, что ничто не мешает начислять бонусы «Спасибо» от «Сбера» за покупки на Wildberries и Ozon, а «Альфа-банк» может предоставлять льготы по ипотеке после покупок на маркетплейсах или использовать другие инструменты. На сегодня 84% карточных платежей проходят через три крупнейших банка. Учитывая фундаментальное преимущество банков в чистой прибыли и ликвидности, их возможности в области субсидирования скидок намного шире возможностей маркетплейсов.

Однако большинство банков не заинтересовано в кешбэке за покупки на маркетплейсах. Почему? Потому что это невыгодно и не стимулирует экономический рост. Банки также имеют свои собственные маркетплейсы и онлайн-магазины, такие как «Мегамаркет», «Самокат», «Купер», «Перекресток», «Пятерочка», «Город» и другие. Например, «Сбер» вложил в небанковские активы около 790 млрд рублей в 2024 году, большая часть из которых пришлась на программы лояльности.

Таким образом, аргумент о неравной конкуренции разрушается наличием у банков их собственных торговых площадок. Например, деятельность «Мегамаркета» и сервисов «Самокат», «Купер» в рамках деятельности «Сбера» показывает, что банки уже имеют ресурсы для объединения товаров и платежных сервисов в один продукт. Все банки могут предложить покупателям аналогичные скидки за покупки на маркетплейсах. Но у банков под юрисдикцией Центробанка, которые соответствуют всем требованиям и работают в честной конкурентной среде, нет доступа к пенсионным и зарплатным фондам, государственным контрактам и не входят в крупные холдинги и промышленные группы. Финтех-платформы маркетплейсов играют ключевую роль в бизнесе, обеспечивая быстроту и удобство для продавцов и покупателей, и попытки ограничить их развитие только затормозят развитие целой отрасли экономики России.

Что мотивирует банки? Они стремятся сократить затраты на кешбэки и бонусы, сохранить комиссии и устранить конкурентов. Это может привести к застою в российском бизнесе, увеличению инфляции и ухудшению конкурентной среды.

Банк России, ФАС и другие регуляторы уже предупреждали о негативных последствиях низкой конкуренции на банковском рынке. Сегодня банки маркетплейсов законно действуют на этом конкурентном рынке, создавая новые продукты для клиентов. Следует ли нам поддерживать эту инициативу?

Я призываю Банк России, правительство и парламент России поддержать конструктивный диалог между крупными банками и новыми цифровыми платформами, чтобы сохранить конкуренцию, стимулировать спрос и развитие экономики страны.